|
 Каждое возникновение и конец веки, а тем более рубеж тысячелетий, цивилизацию захлестывает вал пророчеств. Обычно реанимируются и целое прошлые наработки, получая новейшие толкования, как видимо Кассандры прошлого изначально имели в образу что-то другое, и толпы им не поверили «в тот раз», а вот сейчас — другое дело...
В этом нет ничего необычайного — эффект миллениума. Другие культуры земного шара, отсчитывающие свое бытие от сотворения мира Иеговой, от рождения принца Гаутамы, от мига создания Японских островов из капель с копья великой богини Аматерасу или от времени переселения пророка Мухаммеда в Медину, имеют свои круглые юбилеи, однако почему-то не впадают в ступор или эйфорию перед нолями на календарях.
Но как ни крути, две тысячи лет — это две тысячи лет христианского мира, миросозерцание которого принципиально разомкнуто и линейно: от сотворения мира и грехопадения человека до Откровения и Ужасного арбитража. Именно пророчества и являются лоциями, маяками и компасами этого пути.
Они стали самостоятельным феноменом духовной жизни, покинувшей прокрустово ложе веры. Сегодня, переняв западные традиции, мы, пожалуй, чаще цитируем Нострадамуса, Банту и экс-чету Глоба, чем ссылались на Иезекииля, Даниила, Иоанна Богослова вместе взятых в самые темные годы Средневековья.
И целое же пророчества — вещь серьезная, и, возможно, им еще предстоит сбыться. Во-первых, потому что тысячелетие хоть и началось, но «рубеж» как бы еще не кончился. Во-вторых, потому что индустрия предсказаний — бизнес, в котором вращаются миллиарды. Даже по одному этому некоторые из них не сбыться свободно не могут. Так что «вековые предсказания» существуют собственной жизнью и сами по себе становятся источником смелой информации.
Так, в 1980-е гг., на заре видеоэкспансии Запада на СССР, нас посетил добротный многосерийный заокеанский фильм «Нострадамус». В нем рассказывалось о том, как галльский ясновидец действительно наблюдал в свой закрытый телевизор убийство президента Кеннеди. А что касается других событий, о которых мы тогда не знали, то предвидел столкновение христианской и исламской цивилизаций. Ираком тогда еще и не пахло, Югославия казалась ближайшей настоящей заграницей, Чечня входила в семью публик. Но, как всегда бывает с пророчествами, к тому времени как «ухнуло», фильм был благополучно забыт.
|
